Бабушка-крестьянка

Опубликовано 17 Июл 2014. Автор:

В ее руках спорилось любое дело
Бабушка Оля поджидала корреспондента газеты, сидя возле окна своего дома. Поглядывая на улицу и на часы, она вздыхала: «Нет, не приедет». «Приедет, приедет», – успокаивали ее дочери Валентина и Татьяна. Две правнучки вторили своим бабушкам: «Обязательно приедет». Увидев незнакомую машину, остановившуюся возле дома, Ольга Петровна перестала волноваться, а ее дочери выбежали во двор, чтобы успокоить и отвести подальше от калитки рвущегося к незнакомым людям бдительного, ревностно охраняющего свою территорию сторожа – собаку по кличке Рик.
Кипящий самовар, расставленные на столе чайные чашки с блюдечками и разные сладости вызывали ностальгию – когда-то в детстве так же кипел самовар у моей бабушки…
Повод для встречи с Ольгой Петровной Философовой был более чем серьезен – 8 июля ей исполнилось девяносто лет. Она – ветеран труда, ветеран Великой Отечественной войны, имеет государственные награды. На Селигер приехала в 1939 году из Псковской области, Новосокольнического района, где росла в многодетной, с восьмью детьми, семье. После того, как отца арестовали, как врага народа, за то, что он, работая председателем колхоза, отказался принять участие в раскулачивании своих односельчан, семья подалась в соседнюю губернию. Обосновались в Покровском.

Работать пришлось много и тяжело. Трудилась в теплицах совхоза, была полеводом и конюхом.
– Все поля в совхозе перепахала на своих лошадках – я за пятнадцатью ухаживала, косила, бороновала, делала все, что поручат, — рассказывает юбилярша. – А как же? Семью надо было кормить – две дочки росли, а у мужа ранение с войны было – нога не сгибалась. Работал перевозчиком – переправлял из Сороги в Покровское и обратно совхозные бригады, перевозил людей на лодке. Велика ли у него зарплата была?!
– Еще бабушка с нами жила, – добавляет Татьяна Николаевна. – Заботливая мама у нас, на каждый праздник в доме обязательно пироги пекла. «Да, ничего из рук не вываливалось, – тут же вставляет реплику героиня, –еще и двух коз с поросенком, кур и гусей держала».
А дочь продолжает:
– Она и теперь норовит по хозяйству помочь.
– Бабушка картошку с нами чистит, лучину щепает. Еще и нас из кухни прогоняет, говорит: «Сама все сделаю», – подхватывают разговор правнучки Диана и Катя. Они живут в Питере, но каждое лето приезжают к прабабушке. – Мы скучаем без нее, а она без нас!
Ольга Петровна делает строгое лицо, начинает ворчать на современную молодежь. Увы, поколение бабушек не может без критики, но это от большой любви и тревоги за подрастающих внуков. У нее, помимо Дианы и Кати, есть еще старшая правнучка, которой уже восемнадцать лет. Бабушке Оле хочется, чтобы все они росли счастливыми, чтобы не было в их судьбе горя и невзгод, которые пришлось пережить ее поколению в годы войны.
– Любимка, Ореховка, Давыдово, Хитино, – как таблицу умножения повторяет несколько раз за время разговора собеседница. – Мы там окопы рыли. Помню, возвращались домой из Ореховки через Лещины, усталые, пить хотим. В одном доме воды попросили, в другом, третьем – не дают. Так никто и не дал напиться.
Всплывает в памяти ветерана войны и еще неприятное событие.
– На наших глазах расстреляли повара и завхоза. За то, что крали продукты у нас, работающих на рытье окопов.
После войны в 1950 году Ольга вышла замуж. Познакомилась с Николаем на танцах в клубе.
– Он хоть и хромой был, а «Барыню» здорово плясал! А я пела хорошо, частушек много знала. Мы с ним много лет в браке прожили, серебряную свадьбу отметили, а золотую не пришлось. Умер он в семьдесят пять лет, в мае 2000 года, а золотая свадьба должна бы была быть в том же году, 25 октября. А все, бывало, приговаривал: «Доживем до золотой свадьбы, всю деревню пригласим», – грустит бабушка.
– Родители наши очень гостеприимными были, – делятся дочери. – К нам в гости даже родственники из Осташкова приезжали.
Теперь в доме Ольги Петровны не так многолюдно. Из братьев и сестер она одна осталась, ушли и почти все ее подружки. Иногда заглянет, разве что, Таисия Мачковская или Валя Иванова позвонит. Вспоминают молодость, которой было свойственно, невзирая на тяжелую работу, лететь весело и озорно.
– Чудили – ставили на дом «колотушки», – вспыхнули огоньком глаза старушки. – В Локотец, Лещины гулять ходили, шли, кто в лаптях, кто босиком, платьями менялись, когда в клуб на танцы собирались. У нас хороший был клуб в Покровском. Даже бал-маскарад как-то был устроен. Помню, директор вызвал, написал афиши от руки, вручил их мне, я села верхом на лошадку и поехала – Локотец, Лещины, Дубок, Рудины, Погорелое. За лучший костюм директор обещал премию – двадцать пять рублей. Вручили ее за наряд, который отображал две стороны нашей жизни. Одна его половина – старомодное, дореволюционное платье, другая – современное. Так за него директор не только обещанную премию выплатил, но и от себя лично добавил еще тридцать рублей – за интересную выдумку. А на танцы к нам в Покровское приезжали не только из окрестных деревень, но и из Рудин и города. Народа было – в клуб не войти!
Теперь бабушка Оля не пляшет, только поет. Измученные долгим тяжелым трудом ноги почти не ходят. Вот и сидит она у окошка, через стекло наблюдая текущую мимо неторопливую деревенскую жизнь.
Но в день знаменательной даты дом опять ожил, наполнился весельем и гостями. А помолодевшая юбилярша, принаряженная дочерьми по случаю праздника, с брошью и медалями на груди, радостно принимала поздравления родных, главы поселения Татьяны Аракасовой и односельчан. Даже маленький концерт был устроен для виновницы торжества.
Хорошая прожита жизнь, достойная старость. Ольга Петровна окружена заботой и любовью дочерей, которые, уехав в молодые годы в Ленинград и прожив там фактически всю жизнь, по выходе на пенсию вернулись к маме. К их заботам о ней прибавляется внимание, уважение и любовь правнучек, которые души не чают в своей старшей бабуле.
Все они желают ей здоровья, долгих лет, прекрасного настроения и поздравляют с красивой, значимой датой! К их теплым пожеланиям присоединяется и газета «Селигер».
Галина БУКРЕЕВА

Оставить отзыв

Вы должны войти, чтобы оставить комментарий.