Не всё, что приходит в голову, является мыслью
В середине июля, накануне акции городских активистов «Чаепитие у руины», в локальном сообществе «Новости Осташкова» (соцсеть «ВКонтакте») в рубрике «Мысли вслух» вышла критическая заметка. Александр Смирнов пришёл к выводу, что «внимание к проблеме — это прекрасно, но оно не представляет собой ничего в плане пользы для сохранения объекта культурного наследия». Я был в отпуске и не мог оперативно ответить на это высказывание.
Замечу, что сообщество «Новости Осташкова», которое прежде занимало нишу информационного агентства и аккумулировало публикации с других ресурсов, довольно скоро перепрофилировалось в книгу жалоб и петиций в духе «за всё хорошее против всего плохого». Тональность публикаций сменилась с нейтральной журналистской подачи на чисто обывательский негатив и критику всего и вся — без аналитики и попыток разобраться в реальных причинах проблем. Подход давно проверенный — другим местным сообществом «Край Селигерский». Я не осуждаю выбор такой информационной политики и нахожу в нём очевидную пользу: люди выплёскивают негатив, власти мониторят настроения определённой категории граждан, а само сообщество стремительно наращивает аудиторию. Все в плюсе.
И всё же я искренне удивился, когда объектом критики стала акция горожан «Чаепитие у руины». Можно было бы предположить, что это некоторый укол в мой личный адрес, как одного из авторов формата, обременённого статусом громоотвода (муниципальный депутат). Но сама акция давно ушла в народ, и проводят её разные люди. Так, например, первое в этом году «Чаепитие» координировала фотограф Ольга Гусинская. Она живёт в Москве, но беззаветно влюблена в Осташков и его уникальную архитектуру. Другой организатор — Светлана Голубинская — приложила титанические усилия для консервации нашей пожарной каланчи и продолжает добиваться её реставрации. Вот за них и других активистов по-настоящему обидно.
Александр Смирнов вопрошает: «Как именно наше с вами “внимание”, выраженное в распитии чая на фоне ветшающего объекта культурного наследия, влияет на его физическую сохранность?» Мне бы не пришлось отвечать на этот вопрос, если бы сам вопрошающий ознакомился хотя бы с одной из публикаций об акции в газете «Селигер» или, лучше, посетил её лично.
Никак прямо «чаепития» не влияют на «физическую сохранность». Изначально формат родился от бессилия обычных влюблённых в свой город жителей хоть как-то остановить разрушение исторического центра Осташкова, а также от желания объединить всех творческих и неравнодушных, приятно провести время вместе и, самое главное, вовлечь случайных прохожих в разговор о ценности объектов культурного наследия. И да, последнее нам показалось крайне важным, поскольку мы столкнулись с ситуацией, когда простые жители не только не понимают корни проблемы (откуда взялись руины и почему памятники не приводят в порядок), но и не осознают ценности архитектурного наследия, открыто призывая сровнять его с землёй и построить что-то новое.
В день самого «чаепития» Александр Смирнов опубликовал в своём сообществе стихотворение без единой рифмы «Осташам на злобу дня». Оно начинается со строк: «Мы пьём чаи в руинах, // Не замечая ничего вокруг…» — а в следующих, вытекающих из первых, идёт сухое перечисление проблем: прорыв труб, ржавая вода, поваленные ветром деревья, закрытие хлебокомбината и т. д. Тут хочется отодвинуть чашку чая и произнести слова Шурика из известной комедии Леонида Гайдая: «Простите, часовню тоже я… развалил?»
Любопытно, что сам Александр, отвечая в комментариях на вопрос своей подписчицы «Исчезнут ли проблемы, если их зарифмовать?», написал следующее: «Если не привлекать внимание и молча соглашаться со всем, они не исчезнут точно…» То есть попытки рифмоплётства и гневливые петиции — это конструктивный подход к решению вопросов и эффективный способ привлечь внимание, а городской активизм — нет? Что ж, будем считать, что подход у нас изначально разный. Мы делаем ставку на объединение неравнодушных людей и формирование городских сообществ, готовых выходить на улицу, обсуждать, мечтать и посильно менять пространство вокруг себя.
Заключительный абзац я адресую самому Александру Смирнову в надежде, что его выпад не был продиктован какими-то скрытыми мотивами. Наивно предположу, что это могла быть ошибка, вытекающая из нехватки реального журналистского опыта. Если это так, вы всегда можете задать любые острые вопросы организаторам городских акций и не только им. Попытка услышать и донести до читателя не только своё мнение, но и мнение других сторон в любом конфликте сделает ваши публикации более глубокими. Да, возможно, вы потеряете часть аудитории, но, как говорится, истина дороже. Не так ли?
Андрей РЯБОЧКИН